Как передать эмоции сквозь маску супергероя

1. Концепция
2. О масках и моделях
3. Эластичность метрик
4. Линзы — зеркало души
5. Нарисованные брови
6. Добавим теней
7. Заключение
8. Источники

Важность ассоциации потребителя с главным героем произведения стоит особняком вне зависимости от того, читает ли человек книгу, смотрит кино, играет в игру. Если мы не можем соотнести себя с героем истории, она становится нам безразлична, ведь нам не удается сочувствовать — в прямом смысле этого слова: переживать события вместе с персонажем, представлять себя на его месте. В комиксах фактор ассоциирования себя с супергероем особенно важен, ведь именно он «продает» читателю сразу весь комикс через интерес к герою.

Когда Стэн Ли и Стив Дитко создавали Человека-паука, они возвели героя-подростка из сайд-кика в самостоятельного персонажа и наделили его жизнью «обычного парня» с подростковыми проблемами, которые были бы близки читателям, чтобы привлечь молодую аудиторию. Среди всего этого был еще один элемент — маска. Лицо супергероя скрыли, нарративно — чтобы создать тайну личности, а идейно — чтобы ассоциировать себя с ним мог любой. На первый взгляд все логично: каждый может вообразить свое лицо под маской Человека-паука. Но здесь содержится одно значительное противоречие, которое может обрушить все.

Эмоции — это неотъемлемый биологический и социальный аспект, который развился в ходе эволюции. Распознаванию эмоций человек учится еще в детстве: способность анализировать эмоциональное состояние другого — эмпатия — позволяет понимать, как реагировать на транслируемые сигналы, и сопереживать. Это применимо не только к реальным людям, но и к художественным персонажам. Важным инструментом передачи эмоций является мимика лица, она значительно усиливает эффективность коммуникации и донесение информации. Учитывая статичность изображения в комиксах (отсутствие движения), а также то, что на страницах нет аудиального сопровождения, мимику можно назвать одним из ключевых инструментов передачи эмоционального состояния героя в комиксе.

Однако выходит, маска, покрывающая все лицо, является ограничением, осложняющим сопереживание художественному персонажу. Для зрителя наблюдение за героем, который не выражает на протяжении всего произведения никаких эмоций, может быстро наскучить. Более того, если самые критические и кульминационные эпизоды супергерой встречает в маске, вместо пика страстей и отражения эмоциональной борьбы, читатель будет наблюдать равнодушную ткань, что испортит весь накал момента. Выходит, это непримиримый парадокс? Или создатели комиксов нашли художественные приемы по передаче эмоционального состояния персонажа сквозь его костюм, а читатели их просто не замечают? Целью данного исследования я ставлю дать ответ на эти вопросы и выделить инструменты комиксистов по отражению эмоций супергероев.

Определим рассматриваемый круг супергеройских масок. Среди всех них в комиксах можно выделить пять типов по принципу сокрытой части лица:

1. Закрытые, полностью покрывают голову
2. Неполные маски или шлемы, оставляют часть лица видимой
3. Маски-повязки, обычно покрывают только глаза
4. Капюшоны
5. Грим и любые деформации лица: мутации, инопланетное происхождение и прочие факторы, преобразующие героя.

Между этими видами масок могут быть комбинации и переплетения: например, в комиксах DC  Зеленая стрела носит капюшон и повязку, а часть головы Киборга сокрыта как в неполной маске, но с помощью деформации лица. Среди всех этих видов в первую очередь нам интересны именно маски, которые полностью скрывают лицо любыми способами. Ведь именно эта ситуация в максимальной степени осложняет задачу по передаче эмоции: когда у персонажа даже нет рта, не увидишь ни улыбки, ни оскала. Однако забегая вперед, способы выразительности, которые мы выделим по ходу исследования, в общем-то едины для всех видов масок.

Наш мозг постоянно создает внутренние модели для упрощения восприятия. В случае комикса реальный объект сводится до формы, форма отражается в контуре, и таким образом мы получаем упрощенную модель — нарисованного персонажа. Если изобразить внутри круга две точки и черточку под ними, мы легко воспримем это как лицо, опуская все условности, отсутствие деталей и нереалистичность, непропорциональность форм — потому что для нашего понимания достаточно схематичной модели. Даже детальная покраска страниц комикса, передающая все полутона, и реалистичные пропорции героев не отменяют того, что художественные персонажи условны в своем изображении. Более того, можно сказать, что именно это является ключевым инструментом для влияния на эмоции в данном случае, а вовсе не проблемой. Ведь теорию цвета и формы, композиционные решения, использование ракурсов можно назвать такими же моделями, которые художники вольны использовать для воздействия на читателя.

Теперь перейдем к рассмотрению того, как комиксисты изображают героев в масках. Возьмем в качестве примера «дружелюбного соседа» Человека-паука. И первое, что мы обнаружим: все элементы костюма героя абсолютно эластичны между кадрами. Никого не смущает, сколько нитей паутины нарисовано на маске из фрейма в фрейм, почему наклон линз может принципиально разниться и отчего лого паука выглядит абсолютно по-разному каждый раз.

Стоит оговориться, что речь идет не о стилях отдельных художников или версиях костюмов. Дело также не в недостатке детализации ранних комиксов. Все держится на условной модели: мы считываем образ благодаря наличию ключевых деталей, совпадению цветов. Эту позицию подтверждают значительно более новые комиксы о дружелюбном соседе, где, к примеру, вдалеке линии паутины на костюме вовсе пропадают. Таким образом, метрики в костюме героя для комиксиста изначально эластичны.

Применяя эластичность метрик конкретно к маске супергероя, мы получаем, что наш «дружелюбный сосед» на разных кадрах обладает то остроугольными линзами, то более округлыми; то большими, то «прищуренными». Этот эффект дополнительно усиливается за счет ракурса. Например, смотря сверху линзы героя выглядят более остроугольными. Но почему это так значимо?

Поворот головы изменяет ее силуэт, в частности меняется форма глаз. Эти правила работают для открытого лица, это переносится и на лицо в маске. Наклон головы вниз создает контур насупившегося взгляда исподлобья. Приподнятая голова соответствует взгляду свысока, символизирующему раздражение, осуждение.

Маска может скрыть рот, нос, но так или иначе в подавляющем большинстве случаев (по естественным причинам) остаются линзы или вырезы под глаза. В этой ситуации именно они становятся главным транслятором мимики. Функционал их становится аналогичным человеческим глазам, причем размер линз не только не обязан соответствовать анатомическим размерам глаз, но и работает по принципу «чем больше линза, тем шире спектр и яркость эмоций». Читаемость мимики в зависимости от размеров остается предельно понятной: расширение «глаз» условно соответствует удивлению, сужение — концентрации.

Причем линзы на маске не обязаны отражать что-то конкретное в каждом случае. Они могут меняться случайным образом в демонстрации выражений просто для внесения разнообразия в картинку — чтобы герой выглядел более живо, эмоционально, чтобы маска была подвижна… чтобы она выглядела, как второе лицо.

Если же линзы персонажа соответствуют размерам человеческих глаз, все вышеназванные правила не претерпевают никаких изменений. Глаза все равно обретают повышенный диапазон эмоций, роль транслятора мимики — и отлично справляются за счет схематичности. Они могут принимать простые формы вплоть до обычного круга или полукруга. А еще, что примечательно, смещаться в совсем не анатомическом положении.

Спектр эмоциональности глаз героя настолько широк, что они даже не обязаны быть одинаковой величины. Это, конечно же, является гиперболизацией.

На первый взгляд даже необычно. И Дэдпул, и Человек-паук, рассмотренные нами — персонажи, которые должны отражать на страницах большой спектр эмоций. Но они получают полностью закрывающие лицо маски, в отличие от безэмоциональных и «серьезных» героев. Однако именно гиперболизация и схематичность все ставит на свои места: от этих персонажей требуется большая харизматичность, задорность, интенсивность. Такая маска способна обеспечить элемент ухода от реалистичности в движении глаз, переводя героя в более условные, но тем самым более ярко выраженные и считываемые эмоции.

Эмоции, отражаемые маской, может дополнительно усиливать жестикуляция. Или схематические штрихи «спидлайны» — условные линии в комиксе, подчеркивающие движение. На примере Человека-паука — это паучье чутье. Как удобно, когда супергерой обладает нарративно-оправданной способностью рисовать себе спидлайны!

Иногда вокруг глаз героя могут появляться очертания бровей или век для усиления эмоции, которую он выражает. Это, опять же, зависит не от стиля художника, и на разных фреймах брови могут появляться и исчезать. Если задуматься, данный элемент совершенно нереалистичен — насколько обтягивающей должна стать маска, чтобы проявить складки на лице? Однако инструмент работает.

А еще часть функционала бровей можно передать контуру линз. Добавление заостренных витков видоизменяет их форму в более агрессивную сторону, создавая ощущение, что персонаж хмурится: по такому принципу работает черный костюм Человека-паука и Веном.

Обводка вокруг глаз на узоре маски работает как инструмент имитации бровей, что хорошо иллюстрирует маска Спауна. Из-за вертикальных линий, идущих к уголкам глаз, читателю априори кажется, что персонаж насупился. Еще более примечательные формы обводка приобретает, когда Спаун впадает в отчаяние.

Неожиданно, что наличие бровей даже может полностью заменить глаза. Это наблюдается на примере Дефстроука, персонажа, у которого отсутствует правый глаз. В его случае маска вырисовывает контур глазницы, а светотень подчеркивает мимику сквозь ткань, что и транслирует эмоцию. Таким образом, даже когда видна лишь половина лица, мы понимаем его выражение.

Все рассмотренные выше персонажи показывают, что обтягивающая маска становится вторым лицом. Она перенимает в складках ткани очертания человеческих бровей, морщин. Это, и в особенности работа с тенью приводит нас к размышлению о приемах в рамках следующего раздела.

Остается проблема: некоторые герои обладают твердыми масками — неподвижными и нерастяжимыми. Это не ткань, которая может «натянуться» на лицо, подражая его выражениям, что накладывает ограничения на визуализацию. Однако их можно использовать на пользу. Рассмотрим маску Красного Колпака.

Во-первых, глаза все равно обладают небольшой эластичностью метрик из кадра в кадр. Во-вторых, расположение тени создает атмосферу загадочности, скрытой угрозы, интриги за плечами персонажа. В этом эффекте нет ничего экстраординарного: ровно такие же эмоции вызывает лицо без маски, спрятанное в тени.

Стоит отдельно отметить, что разная освещенность маски вносит визуальное разнообразие, создавая динамику у недвижимого объекта. Мы уже рассматривали стремление к активной смене выражений на маске раньше — здесь идея остается такой же. Однако валиден и обратный принцип: в некоторых местах именно неподвижность маски, подчеркиваемая идентичными кадрами, может стать фишкой для усиления эффекта.

Отдельный прием, прослеживаемый здесь: затемнение всего, кроме глаз. Это концентрирует на них еще больше внимания. Благодаря тому, что глаза — единственный «актер на сцене», их форма и положение становятся более значимыми и драматичными. Такое используется на масках очень большого количества супергероев.

Например, такое затенение — излюбленная техника для изображения Лунного рыцаря, капюшон на его костюме часто (неестественно сильно) скрывает все остальное лицо. Костюм скрывает лицо, темнота скрывает костюм, в итоге работа светотени как бы становится «второй маской».

Рассмотренные супергерои позволяют однозначно утверждать, что маски персонажей комиксов адаптированы к передаче эмоций. Комиксисты оживляют ткань за счет движения линз на ней и увеличения их эмоционального диапазона путем гиперболизации. Это дополнительно подчеркивается жестикуляцией, ракурсами. Больше того, маска становится вторым лицом, ведь перенимает морщины и мимику через складки ткани. При этом выражения «второго лица» стараются изменять как можно чаще (не всегда с поводом), чтобы передать разнообразие эмоций и избежать статичности. На это работает и светотень, которую даже можно назвать «второй маской», ведь она так же скрывает лицо персонажа. Таким образом, хотя формально маска и является неодушевленным объектом, как только ее надевает супергерой, она без преувеличения «оживает», чтобы транслировать все, что испытывает персонаж.