В оформлении обложки использован фотографии Guerrilla Girls Кольвиц и Фриды Кало в Центре искусств Уокера, 2014, фото Джин Питтман
Первый раздел исследования «Женский голос в публичном дискурсе» посвящен процессу обретения женщинами права на публичное высказывание через искусство. Так, в главе «Критика патриархальных отношений» собраны проекты, в которых художницы открыто противостоят устоявшимся патриархальным структурам через переосмысление домашнего пространства, традиционных женских ролей и институциональных ограничений. Работы демонстрируют, как художественные практики становятся инструментом деконструкции и критики социальных норм, ограничивающих женскую автономию.
Джуди Чикаго и Мириам Шапиро Женский дом 1972

Фрагмент первой страницы каталога выставки «Женский дом», 1972
Проект «Женский дом», организованный Джуди Чикаго и Мириам Шапиро в рамках программы феминистского искусства в CalArts, превратил заброшенный особняк в Лос-Анджелесе в новаторскую инсталляцию феминистского искусства. Двадцать одна художница заняла пространство, создавая инсталляции, которые противостояли бытовым стереотипам и традиционным ролям женщин, а также выносили ранее приватный «женский» опыт в публичную сферу.

1. Фэйт Уайлдинг и Дженис Лестер, «Игра члена и ***** (п***ды)» 2. Вики Ходжетс, Робин Велтш и Сьюзан Фрейзер «Заботливая кухня» 3. Сэнди Оргел, «Бельевой шкаф»
Проект стал ключевым в истории феминистского искусства не только благодаря своей коллаборативной природе и радикальному подходу к созданию искусства, но и благодаря своей роли в утверждении перформанса и инсталляции в качестве легитимных феминистских художественных практик. Он эффективно продемонстрировал, как личный опыт может быть преобразован в политические заявления, проложив путь для будущих поколений феминистских художниц.
«Пригородный дом, в котором с 1950-х годов находились в заточении такие волнующие женщину вопросы, как воспитание, секс, самосознание, изнасилование и убийство, был хорошо знаком молодым художницам, работавшим над „Женским домом“. Они провели свое детство и юность именно там»25 Арлин Рейвен
Мирл Ладерман Юклс Стирка, следы, техническое обслуживание: снаружи 1973
Мирл Ладерман Юклс «Стирка, следы, техническое обслуживание: снаружи», 1973
Юклс публично подвергала сомнению устоявшиеся дихотомии и гендерные стереотипы на примере личного опыта бытия художницей и матерью, впоследствии критикуя и меняя привычные способы мышления о техническом обслуживании. Навязанное обществом разделение на «художников», которых прославляли за их креативность и свободу, и «матерей» — женственную и недооцененную концепцию — стало для нее невыносимым. Благодаря личному опыту материнства она поняла, что обслуживание — в виде повторяющихся задач, таких как уборка, приготовление пищи, ремонт и налаживание отношений, которые поддерживают повседневную жизнь и обеспечивают функционирование общества, — остается неоцененным и невидимым как в обществе в целом, так и в профессиональном контексте1.
Мирл Ладерман Юклс «Стирка, следы, техническое обслуживание: снаружи», 1973
Концептуализация технического обслуживания, предложенная Юклс, включает в себя элементы как оплачиваемого, так и неоплачиваемого труда, а также более широкие общественные обязанности, связанные с поддержанием жизни и социальных структур, бросая вызов устоявшимся границам между общественным и частным, оплачиваемым и неоплачиваемым, а также между производительным и репродуктивным трудом1.
Марта Рослер Семиотика кухни 1975
Марта Рослер, «Семиотика кухни», 1975, кадры из видео
В 1975 году Марта Рослер создает видеоперформанс «Семиотика кухни», в котором художница, играет роль ведущей кулинарного шоу и агрессивно демонстрирует кухонную утварь. Работа появилась в период второй волны феминизма, когда женщины активно боролись за право выйти за пределы предписанной им домашней сферы. Рослер разоблачает принудительный характер роли домохозяйки и показывает, как повседневные предметы становятся инструментами системного насилия, ограничивающего женскую свободу.
Мэри А. Келли Чистый синий 1997
1. Инсталляционный вид проекта Мэри А. Келли, «Чистый синий» 2-3. Мэри А. Келли, «Чистый синий», 1997, кадры из видео
Продолжая исследование женского домашнего труда, Мэри А. Келли в проекте «Чистый синий» обращается к повседневной практике стирки как метафоре социального контроля над женским телом и временем. Художница создает видеоинсталляцию, внешне напоминающую раковину. У Келли бесконечное повторение процесса домашнего труда не просто занимает время женщины, но буквально «вымывает» её индивидуальность. Синий цвет в работе приобретает двойное значение: с одной стороны, это отсылка к традиционному синему порошку для стирки белья, с другой — к меланхолии и психологическому состоянию женщины, чья жизнь подчинена циклу домашних обязанностей.
Линда Бенглис Удивительный Боу-Вау 1976
Линда Бенглис, «Удивительный Боу-Вау», 1976, кадры из видео
В работе «Удивительный Бау-Вау» Линда Бенглис через историю собаки-гермафродита исследует проблемы власти и подавления в патриархальной структуре. Художница намеренно переворачивает классическое понимание эдипова комплекса: отец-тиран, движимый страхом перед неконтролируемой сексуальностью и гендерной идентичностью, пытается кастрировать «сына», но вместо этого отрезает ему язык. Этот акт насилия становится метафорой патриархального стремления лишить голоса всё, что не вписывается в бинарную систему гендерных норм. Через эту работу Бенглис критикует механизмы контроля, где любое проявление инаковости воспринимается как угроза существующему порядку.
Guerrilla Girls Должны ли женщины быть голыми, чтобы попасть в Метрополитен-музей? 1989
Guerrilla Girls, «Должны ли женщины быть голыми, чтобы попасть в Метрополитен-музей?», 1989
Проект «Должны ли женщины быть голыми, чтобы попасть в Метрополитен-музей?» реализованный Guerrilla Girls стал примером институциональной критики. Художницы провели исследование коллекции Метрополитен-музея и выяснили, что менее 5% художников в современной секции — женщины, при этом 85% обнаженных фигур в экспозиции — женские.




