Я дала младшему брату и его друзьям детские водосмываемые фломастеры и попросила покрыть моё тело рисунками — наивными, случайными, недолговечными. Как и эти линии, смывающиеся одним движением влажной ткани, детство прошло незаметно и бесследно, не оставив чёткой границы между «было» и «исчезло». Фотография — единственный способ зафиксировать то, что физически удержать нельзя: она показывает момент максимальной яркости рисунка, зная заранее, что и кожа, и линия на ней обречены на исчезновение.
Фломастеры смываются водой так же легко и незаметно, как проходит само детство: не одним разом, не в какой-то определённый день, а постепенно, размыто, без чёткой границы перехода. Пока рисунок виден на коже, кажется, что он останется навсегда, но стоит провести по нему влажной тканью — и он пропадает без следа, будто его и не было. Мы не замечаем момента, в который перестаём быть детьми, точно так же, как не замечаем секунду, в которую фломастер окончательно смылся с кожи.
Фотография фиксирует рисунок в момент его максимальной яркости, заранее зная, что и кожа, и линия на ней обречены на исчезновение. Снимок хранит след того, что было настоящим, видимым, нанесённым с доверием и лёгкостью детской руки — и всё же исчезло так же незаметно, как исчезает линия под каплей воды.
