Рубрикатор:
Концепция небесных существ
Офаним: колеса престола
Херувимы и серафимы
Заключение
Концепция
В библейских описаниях ангелы предстают совершенно иным, нежели в привычных классических картинах. Описания серафимов, херувимов и престолов (офанимов) из Исаии, Иезекииля, Откровения и апокрифических Еноховых книг полны деталей, которые лишь немногие художники решаются отразить дословно.
Библия даёт фрагментарные, часто поэтические описания небесных существ (Иез., Ис., Откр.). Чтобы понять, откуда в иллюстративной традиции и в современной мем-культуре взялись столь «нечеловеческие» образы, есть смысл брать в учет ветхозаветные книги Еноха, которые развивают и конкретизируют ангелологию.
Библейское описание херувимов, офанимов и иных небесных сущностей в первой главе Книги пророка Иезекииля представляет уникальную систему видения, выходящую за пределы привычных антропоморфных форм. Пророк фиксирует реальность, где действуют иные правила восприятия: каждый херувим имеет четыре лица, их шесть крыльев и всё тело исполнено очей, а «колёса» под ними офанимы «наполнены очами кругом» (Иез. 1:18). Эти образы принципиально нефигуративны и не могут быть поняты в пределах обычного земного опыта; видение раскрывается не как наблюдение феномена, но как «онтологическое зрение», позволяющее пророку видеть сущность, а не внешность.
mal’ak / angelos — «посланник»: человекоподобные фигуры, появляющиеся людям и действующие в повествовании как вестники. Они лишены крыльев, предстают почти как обычные люди и относятся к низшей сфере небесного порядка.
Херувимы, серафимы, офанимы — существа престола. Они не называются «ангелами» в Писании и не выполняют роль посланников. Их функция — пребывание при Боге, литургия, охранение и исполнение божественной воли.
Именно эти высшие сущности образуют центр исследования: их морфология, будучи нефигуративной, становилась испытанием для художников разных эпох. Средневековые мастера стремились воплотить буквальность видения, подчёркивая множественность глаз и сложную форму. Поздневизантийская традиция использовала символическое упрощение, переводя откровение в иерархическую схему литургического космоса. Новое время привносило мистическую архитектонику, где небесные существа превращались в структурные элементы божественного пространства световые орбиты, огненные круги, концентрические системы движения.
Исследование прослеживает, как художники переосмысляли тексты Иезекииля - от буквальной апокалиптической визуальности до символического синтеза, где форма перестаёт быть физической и становится структурой света, движения и присутствия. Особое внимание уделяется тому, как художественные интерпретации стремились справиться с парадоксом «зрения знающего»: необходимостью показать то, что одновременно находится «спереди и сзади», «внутри и вовне», и не может быть изображено средствами обычной перспективы.
Офаним: колеса престола
Престол - это официальное место царя, откуда он осуществляет своё правосудие (Пс. 9:4). В Откровении престол Бога символизирует Его всемирный суверенитет и абсолютный контроль над реальностью. В иконографии престолы изображаются колесами с глазами, иногда где сам престол трансформируется в композицию из ангелов.
Эти ангельские престолы подчеркивают идею, что божественная власть не статична, а управляется духовными силами, исполняющими волю Бога.
«И тотчас я был в духе; и вот, престол стоял на небе, и на престоле был Сидящий» (Ис. 6:1; Иез. 1:26; Дан. 7:9).
Трактовка херувимов и офенимов согласно исследованию Рэйчел В. Биллихаймер The Eighth Eye: Prophetic Vision in Blake's Poetry and Design (Golgonooza, 2019), показывает механизмы пророческого видения и построение образов божественного присутствия у Блейка. Колеса престола не являются статичными объектами, а образуют вращающийся поток -"энергетическую архитектуру", как отмечает Р. В. Биллихаймер. Глаза на окружностях присутствуют не как орнамент, а как "pulsating consciousness" - ритмическая структура, фиксирующая божественное всезнание.
Уильям Блейк. «Вихрь: Видение херувимов и колёс, усеянных глазами». 1803–1805.
Херувимы (спереди и по сторонам престола) вписаны в этот вихрь как части единой машины световой энергии. Блейк иллюстрирует Иезекииля 1:4-28 буквально херувимы с четырьмя лицами, создаёт образ не существа, а самопорождающегося видения - именно так, по мысли Биллихаймер, он понимает пророческий акт: «Видеть за пределами вихря колёс, в котором человек застрял, и соотносить мельчайшие детали с Божественным Видением вот сила глаза пророка"
«Дух и видение — это не то, что современная философия полагает, не облачный пар и не ничто: они организованы и тщательно артикулированы за пределами всего, что может создать смертная и бренная природа»
- Уильям Блейк, Описательный каталог (1809)
Уильям Блейк. «Иов исповедует свое высокомерие Богу, Который отвечает из вихря». 1803–1805.
Центральным элементом композиции является вихрь, из которого раздаётся голос Бога, обращающийся к Иову. Вихрь представлен как концентрическая динамическая структура, вокруг которой формируются круговые потоки ангелов. Шесть ангелов изображены в вращательном полёте, символизируя достижение седьмого Глаза в системе Блейка, а восьмой Глаз, едва заметный на внешней границе композиции, указывает на индивидуальное видение Иова и его внутреннюю духовную прозорливость.
Композиция показывает разницу между видимым и онтологическим: друзья Иова падают на землю, не видя божественного видения, в то время как Иов воспринимает его «внутренним взором». Вихрь и круговое движение ангелов создают кинетическую структуру, которая синтезирует духовную и космическую перспективу, объединяя страдание человека с проявлением божественной воли.
Блейк соединяет гравюрно-акварельные линии с контрастом света и тьмы: вихрь передаёт движение и энергию, световые потоки направляют взгляд к центру, а фигура Иова, преклонившего колени с распростёртыми пальцами, подчёркивает момент откровения. В композиции сохраняется символическая система «глаз» как канал восприятия и познания, а динамика ангелов указывает на непрерывное взаимодействие человека с божественным порядком.
«Женщина, вращающая круг очей Божьих», иллюстрация к поэме Блейка «Вала или Четыре Зоа»
В поэме Блейка «Вала или Четыре Зоа» изображён Круг Судьбы, напоминающий ураборос, который вращает женская фигура. Образ одновременно напоминает офанима и перекодирует его в космогонический цикл. Блейк интерпретирует колесо как структуру восприятия: «восьмой глаз» дополнительное зрение, соединяющее человека с божественным порядком; контроль колеса женской фигурой символизирует посредничество между божественным и человеческим, в отличие от обычного уробороса.
В системе Блейка семь глаз Бога символизируют ступени духовного зрения, через которые человек постепенно постигает божественный порядок. Наклон фигуры вперёд, чтобы поднять колесо, указывает на конечную судьбу человечества - искупление. ⁶
Гюстав Доре. «Рай, Песнь 31».
Доре воспроизводит тот же мотив, но усиливает архитектурность: круги превращаются в гигантский амфитеатр света. Престолы не изображены колесами, образ трансформируется в динмическую структуру из ангелов.
Глаз заменен сиянием визуальным символом направленного сознания, одновременно фиксирующего и отражающего божественный свет. Каждая функция сохранена: глаз как знак всеведения; колесо — знак божественной воли в движении; крылья — служение и покров.
Уильям Блейк «Беатриче обращается к Данте с колесницы» 1824 — 1827
Блейк находился под влиянием религиозной и мистической мысли, включая Емануэля Сведенборга, а также революционных идей XVIII века.
Иллюстрация визуализирует финальные сцены «Божественной комедии» Данте, где поэт, пройдя через ад и чистилище, встречается со своей возлюбленной Беатриче. Центральная фигура - Беатриче на колеснице, символизирующая духовное руководство и божественное откровение. Колеса колесницы построены как вихрь, образуя круговую структуру с множеством глаз, что является очередной отсылкой к концепции «семи глаз Бога». Четыре евангелиста представлены в виде животных: Лука - бык, Иоанн - орёл, Матфей человек, напоминающий Христа, размещённые по сторонам колесницы-престола.
Работа стала интеграцией письма и живописи в едином процессе. Относится к романтизму с сильным элементом символизма, что заметно в краске. Цвета, яркие и естественные, продвигают идею о том, что в мире природы есть красота. Колесница-вихрь, глаза, ангельские фигуры и спираль движения олицетворяют духовное восхождение человека, его внутренний поиск истины и обретение индивидуальной эссенции. Центральная фигура Беатриче, как посредник между божественным и человеческим, напоминает мотив посредничества, аналогичный херувимам и офанимам.
Херувимы и серафимы
Учение Псевдо-Дионисия и Василия Великого произвело смешение образов херувимов и серафимов. Херувимы в Иезекииле описаны как существа с несколькими лицами и колесами под ногами, символизирующие всевидение и движение божественной воли. Серафимы же, согласно Исайе 6, — шестикрылые огненные существа, окружающие престол, чьё предназначение - восхваление и служение.
В визуальном искусстве эти различия нередко стираются: в иконографии рождается обобщённый высший дух с 4-6 крыльями и множеством глаз, без чёткой дифференциации между «серафимом» и «херувимом».
Херувимы, Псалтирь Ховарда, Британская библиотека, Лондон.
Готическая буквальность изображает механическую структуру ангела миниатюры максимально приближены к буквальному тексту: шесть крыльев, колесо под ногами, структура «передвижения духа» через вращение. Фигура не антропоморфна полностью: тело вытянуто, крылья образуют симметричную композицию, глазные элементы колеса представлены условно, но фиксируются крупной орнаментальной сеткой.
Этот образ демонстрирует раннесредневековую попытку дать «конструктивную» визуализацию ангельской машины Иезекииля: не психологизм, не символ, а прямое моделирование.
