Отсылки в фильме «Меланхолия» к изобразительному искусству

• концепция
• пролог
• библиотека
• визуальные намёки
• заключение
• источники

Ларс фон Триер — пожалуй, одна из самых противоречивых личностей в сфере кино. Датский режиссер, сценарист, а также актёр уже практически 40 лет удивляет и шокирует публику своим творчеством, затрагивает самые тонкие экзистенциальные вопросы, критикует современное общество и политику, обличает наши потаённые страхи и желания.

Затяжная депрессия Триера стала его музой, которая вдохновила на создание трилогии с неофициальным названием "Трилогия депрессии". Цикл фильмов включает в себя такие картины как: «Антихрист», «Меланхолия» и «Нимфоманка».

«Меланхолия» — второй фильм в "Трилогии депрессии", повествующий о двух сёстрах, одна из которых страдает депрессией, и о приближении планеты под названием Меланхолия, которой будет суждено врезаться в Землю, положив конец всему живому. Кинолента полна отсылок на популярные картины великих художников. Их поиск и дальнейшее исследование является темой моего визуального исследования.

Во-первых, Ларс фон Триер любит не только делать визуальные отсылки на изобразительное искусство, но и напрямую внедрять картины в свои фильмы, иногда даже заставляя своих персонажей взаимодействовать с ними. Картины в его кинолентах — это не только способ раскрыть персонажей или придать более глубокий смысл сюжету, это ещё и способ выразить своё мнение, свою точку зрения на социальные процессы, высказать критику современного общества.

Поэтому поиск отсылок в фильме «Меланхолия» стал не просто первым шагом к более детальному пониманию его повествования, но и более близкому знакомству с философией и мировоззрением великого датского режиссёра.

Во-вторых, фильмы Ларса фон Триера значительно повлияли на меня и мою личность, на моё мироощущение и самоосознание. Просмотр его кинокартин давался мне с большим трудом, однако после каждого фильма с опустошением приходило и осознание.

Так, моё визуальное исследование не ограничено анализом и изучением отсылок и аллюзий на живопись. Эта работа также является и анализом моих личных убеждений и принципов. Через отсылки в фильме я веду внутренний диалог с режиссёром, изучая не только его, но и себя.

При отборе материала для визуального исследования я опиралась на интервью Ларса фон Триера, на фильмы о закадровых съёмках его кинокартин, а также на различные видеоэссе. Также использовалась информация, полученная с лекций по истории искусств.

Структура данного визуального исследования представляет собой три разных блока, каждый из которых посвящён разбору аллюзий в фильме «Меланхолия» на картины разных художников.

Первый блок, под названием «Пролог», содержит объяснение использования Триером картин в самом начале фильма, где кадры представляют собой ряд флешфорвардов.

Во втором блоке, называющимся «Библиотека», внимание обращено на картины, появляющиеся в эпизодах, где главным пространством является библиотека.

Третий блок, «Визуальные намёки», посвящён кадрам, которые являются не прямым цитированием картин, а лишь визуально отсылают на их сходство.

Наверное, самой важной картиной фильма стали «Охотники на снегу» Питера Брейгеля Старшего. Именно эту картину мы видим первой, однако зрителю она представлена сгорающей дотла. Для понимания значимости данного полотна в фильме сначала стоит проанализировать её отдельные фрагменты.

Во-первых, главным элементом данной картины является ловушка для птиц, что отсылает нас к библейскому символу дьявольских козней. В этом контексте птиц можно рассматривать как символ человеческой души, которая может попасть в ловушку сатаны. Это подтверждается и тем, что люди внизу имеют такой же размер и цвет, как и птицы.

Во-вторых, в далеке можно увидеть дом, в котором начался пожар, о чём свидетельствует не только огонь из трубы, но и то, что к дому сбегаются люди и взбираются на крышу по лестнице. В средние века из-за пожара могли быть уничтожены целые города и селения. Здесь же горящий дом является символом приближающегося конца света. Однако люди ещё не знают, что надвигается беда, беззаботно катаясь на льду.

Все эти символы перекликаются с фильмом, где главной темой и является конец света. Через эту картину Ларс фон Триер пытается донести до зрителя то, что люди, как птицы, попадая в сети дьявола, становятся грешниками. Но всё же не надо быть наивным, думая, что всё сойдёт с рук, ведь где-то рядом уже загорелась изба, предвещающая страшный суд, который покарает всё человечество за его грехи.

На этом кадре зрителю показан конь по имени Авраам. Имя Авраам может отсылать к библейскому персонажу, отцу верующих. Падение коня является метафорой того, что человечество, погрязнув в своих грехах, окончательно перестало верить в Бога.

Этот кадр напоминает картину Пабло Пикассо «Герника», которая посвящена бомбардировке этого города. В центре картины также находится падающий конь, пронзённый копьём. Сама картина, как и фильм, проникнута чувством тревоги и апокалиптического ужаса.

Кадр, где в ряд стоят все персонажи можно сравнить с сюрреалистичной картиной Рене Магритта «Шедевр или тайна горизонта». На холсте трое одинаковых мужчин, смотрящих в разные стороны, что создаёт ощущение того, что они живут в своих отдельных мирах. В кадре фильма зритель видит разных людей, однако они находятся в одном пространстве и над каждым из них — космическое тело.

Над Джастин в облаках летает Меланхолия — планета, которая вот-вот столкнётся с Землёй. Это подчёркивает не только меланхоличную натуру героини, но обозначает её связь с этой планетой. Меланхолия закончит жизнь всех людей на планете, чего так жаждет Джастин, видящая в человечестве зло и моральное разложение.

Над Клэр — Солнце. Это показывает стремление героини быть «тёплой», всеми силами помочь сестре, но в конце именно она будет подвержена истерическому страху перед Меланхолией, сжигаемая этим чувством, как жар светила.

Над сыном Клэр находится Луна, которая может то расти, то убывать, что метафорично намекает на вечную смерть и вечное возрождение.

Как в картине Магритта, герои Триера различны своим воззрением на мир, но всех их ждёт один и тот же исход.

Кадр, где Джастин идёт в белом платье по лесу можно сравнить с картиной «Аполлон и Дафна» Франческо Тревизани. Связь между картиной и кадром заключается в том, что Джастин, как и Дафна, готова стать деревом, только бы не выходить замуж, хотя и изначально идея бракосочетания кажется ей способом хотя бы на некоторое время ослабить печаль.

Всё же, если Дафна сразу превращается в лавровое дерево, то Джастин, в свою очередь, словно убегает от ветвей деревьев, которые оплели ей ноги и руки, что может быть метафорой усиления депрессии героини.