Переосмысление супергеройского канона в комиксе «Я убиваю великанов»

1. Концепция
2. Визуальные атрибуты канона: супергеройский костюм (заячьи уши и сумка)
3. Визуальные атрибуты канона: оружие героя (молот Ковелески)
4. Визуальные атрибуты канона: антагонист (непобедимый титан)
5. Визуальные атрибуты канона: героическая поза и ракурс (привычный образ)
6. Заключение
7. Библиографический список
8. Список источников изображений

Супергеройский канон сложился в мире американских комиксов относительно давно и, сформировавшись окончательно в период расцвета Marvel и DC, стал устойчивым набором признаков, по которым читатель, несомненно, узнавал супергероя с первых страниц. Наличие альтер эго, необычного костюма, сверхсилы, непременное присутствие главного антагониста и ключевой миссии персонажа в комиксе — эти элементы визуального языка обязательно выдавали в главном герое сверхчеловека и становились неотъемлемыми маркёрами всего жанра. Но постепенно супергеройский канон превратился в набор клише, поддавшийся переосмыслению со стороны множества различных авторов — герои новых комиксов могли не носить развевающихся плащей за спинами, придерживались серой морали, оказывались лишены сверхсил или не соответствовали визуальному идеальному эталону супергероя, но при этом все ещё оставались таковыми.

В период деконструкции супергеройского канона Джо Келли и Кэн Ниимура — авторы комикса «Я убиваю великанов» — решили пересмотреть формальные признаки жанра, и именно это новое осмысление формы комикса про супергероев подвергается анализу в данном исследовании. Однако за этим пересмотром супергеройского канона стоит более глубокий вопрос, которым задаются авторы, вопрос, который посвящён сущности супергероя: сверхчеловек – это тот, кто спасает мир, жертвуя всем ради победы над всесильным злом, или тот, кто способен принять своё бессилие перед рассыпающимся на части миром и все равно продолжить жить дальше?

В основе сюжета лежит история 13-летней Барбары Торсон, называющей себя воительницей, убивающей великанов и носящей в своей сумке деревянный молоток — великий молот Ковелески. Девочка испытывает сложности в реальном мире: проблемы в отношениях с одноклассниками, учителями и семьей, и в это самое время она видит существ фантастического мира, которых никто кроме неё не замечает. Характер Барбары нельзя назвать приятным, а её поведение — примером для подражания, но именно по этой причине её образ оказывается таким живым, особенно когда раскрывается истинная причина её состояния: мать Барбары смертельно больна. Диагноз, который девочка не может принять, смерть, которую Барбара не в силах предотвратить, становится существом материальным — великаном, которого необходимо найти и, если не победить, то задержать любой ценой. Иллюзия, в которой живет Барбара, оказывается необходимой опорой для ребёнка, пытающегося не утонуть в собственном горе. В конце комикса Барбара переступает порог обычного мира, совершает подвиг преодоления и изменившейся возвращается к привычным реалиям.

Обоснованием выбора темы выступает ее актуальность в контексте деконструкции супергеройского канона в данном жанре комикса, а также личная заинтересованность автора в данной работе Джо Келли и Кена Ниимуры и представленной к исследованию теме.
Гипотезой визуального исследования становится мысль о том, что комикс «Я убиваю великанов» пересобирает супергеройский канон, формируя сверхчеловека нового времени: комикс берет различные формальные атрибуты супергеройского нарратива и меняет их функцию, не меняя сам атрибут. Авторы переосмысливают признаки супергероя таким образом, что они становятся наделены новым значением в качестве неких инструментов работы с психологией героя, и отказ Барбары от этих атрибутов становится главным визуальным маркёром переопределения героизма. Главным вопросом исследования становится размышление не о том, можно ли назвать героиню данного комикса супергероем, а о том, как рисунок Ниимуры использует визуальные маркёры супергеройского канона, чтобы переключить внимание читателя с анализа формы — формальных признаков Барбары как супергероя — на представление сущности сверхлюдей и сути героизма как такового.

Для подтверждения или опровержения гипотезы визуальное исследование строится на анализе супергеройского образа главной героини через несколько визуальных атрибутов супергеройского канона — костюма, оружия, антагониста и героической позы. Эта же структура лежит в основе принципа рубрикации. Основным материалом визуальной составляющей исследования становятся сцены комикса «Я убиваю великанов», в которых признаки супергеройского канона были проявлены сильнее всего, а в основу выбора текстовых источников ложится принцип изучения как самого комикса, так и заметок авторов и интервью с ними, а также рецензий на произведение.

Одним из самых очевидных признаков супергеройского канона является костюм или маска — эти атрибуты классически предназначены для того, чтобы замаскировать личность героя, и позволяют его альтер эго проявить себя, визуально маркируя переход от обыденного мира к миру героическому. В классическом каноне костюм даёт герою не только анонимность, но и определённую защиту, власть и даже могущество. В комиксе «Я убиваю великанов» функцию костюма выполняют ободок на голове Барбары с заячьими ушами, который девочка почти никогда не снимает и который остаётся с ней в решающей битве с титаном, и сумка, в которой она хранит своё оружие.

Однако авторы переосмысливают значение костюма к комиксе — уши Барбары не скрывают ее лица, сумка, которую девочка бережёт как зеницу ока, не защищает её от внешних угроз — костюм героини делает её узнаваемой, странной для окружающих и уязвимой для травли со стороны одноклассников.

Необходимо отметить, что в начале комикса заячьи уши ещё не осознаны как полноценный элемент костюма, — они переодически сменяется похожими ободками.

Ободки меняются несколько раз, но всегда представляют из себя уши различных животных.

Однако в середине комикса, в момент ключевой битвы, ободок с заячьими ушами становится полноценным элементом образа охотницы на великанов.

Однако костюм Барбары перестаёт быть инструментом силы, он становится средством создания временной иллюзии, защищающей Барбару не в физическом, а в психологическом смысле. Впервые полноценно без своего ободка и сумки Барбара появляется в самом конце комикса — первыми исчезают заячьи уши в тот момент, когда девочка принимает решение переступить свой страх и подняться в комнату умирающей матери. Лицо Барбары без этого визуального маркёра выглядит голым, незащищенным, но именно в этот момент отказ от своего костюма становится сильным визуальным высказыванием. Казалось бы, именно в момент перехода из героического мира в обыкновенный героиня должна была стать уязвима, но принятие Барбарой человеческой уязвимости, реальности, какой бы тяжёлой она ни была, и готовность не бежать от неё становится по-настоящему героическим поступком, демонстрирующим истинную силу девочки.

От своей сумки Барбара отказывается несколько позже, на похоронах матери. Девочка целует свою сумку и кладёт ее на гроб матери — этот жест становится эквивалентом отказа от супергеройской идентичности. Оставляя свой костюм, Барбара не становится беззащитной, она обретает подлинную «человеческую сверхспособность» — готовность отпустить прошлое и продолжать жить не смотря на все испытания жизни.

В супергеройском каноне оружие персонажа — практически всегда неотъемлемая деталь его сверхчеловеческого образа. Молот Тора, щит Капитана Америки, когти Россомахи — характерные именно для этих персонажей орудия имеют свои значения, характер, даже собственную визуальную тяжесть и при этом наравне с костюмом становятся отличительной чертой конкретного супергероя. В случае Барбары её оружием выступает древний молот, который девочка носит в сумке и на силу которого уповает. У этого оружия есть своя история, предназначение, характер, и Барбара не просто верит в могущество молота – она охраняет его неприкосновенность и даже поклоняется ему, совершая некие обряды укрепления его силы.

Как всякое оружие супергероя, молот Барбары имеет свой визуальный объём, вес и образ. Молот фигурирует лишь в нескольких сценах комикса, и до его первого появления у читателя формируется впечатление об оружии Барбары как о непобедимой запечатанной древней силе. Эта иллюзия разрушается впервые в сцене, когда хулиганки рушат ловушку для великана, сделанную Барбарой, — в порыве злости девочка достаёт своё оружие, которое оказывается маленькой деревянной палкой с гвоздём и надписью «Всепобеждающий молот». Сформированный образ героини, имеющей свою миссию, своё предназначение и управляющей великой силой, разрушается. Читатель, поверивший в иллюзию, в которую верила и сама девочка, сталкивается с диссонансом — весь проделанный вместе с героиней путь кажется обманом и плодом детской фантазии.