Психология внимания и триггерное восприятие

Внимание — один из центральных психических процессов, обеспечивающий направленность и концентрацию сознания. Теодюль Рибо одним из первых показал, что внимание — не абстрактная способность души, а конкретная функция мозга, подчинённая физиологическим и психологическим законам. Оно развивается, претерпевает колебания и может нарушаться.

Механизм внимания Рибо видел в сенсорном отборе: из множества впечатлений часть усиливается, а конкурирующие подавляются.

Внимание тесно связано с памятью и ассоциациями: мы легче сосредотачиваемся на том, что имеет связь с уже знакомым или значимым опытом. Также, при психических расстройствах внимание принимает патологические формы: чрезмерную рассеянность, навязчивую фиксацию на отдельных мыслях, неспособность к концентрации. Для Рибо это было доказательством, что внимание не является чем-то «чистым» и идеальным, а зависит от состояния нервной системы.

Ярким примером механизма психологии внимания являются общественные (коллективные) травмы. В широком понимании общественная травма — это негативное воздействие на общество из-за крупных событий, которые затрагивают большое количество людей. Такие события могут быть связаны с войнами, террористическими актами, естественными катастрофами, политическими репрессиями и другими массовыми трагедиями, меняющими коллективное сознание: общие убеждения, ценности и поведенческие паттерны в обществе.

Другой пример коллективной травмы — психические заболевания, стигматизация которых постепенно сходит на нет благодаря современным тенденциям на «проработку» и тренду на «новую искренность», что подразумевает открытое освещение проблемы.

Лидирующую позицию по захвату внимания в медиа путем спекуляции на общественно-культурных травмах занимает неподражаемый Канье Уэст.

Громкие заявления, острые высказывания и высмеивание общественных норм и устоев: Канье часто действует на стыке искусства и провокации. Он создаёт образы, которые шокируют, заставляют говорить, обсуждать. Это способ получить внимание, заставить публику реагировать, а не просто наблюдать.

В 2018 году Канье официально заявляет о диагностированном биполярном расстройстве. Он сознательно интегрировал диагноз в свою публичную идентичность, капитализируя психиатрическую уязвимость в эстетический и символический ресурс. Признание в психической нестабильности стало не признаком слабости, а способом усилить эффект «аутентичности».

Фраза с обложки «Ye»: «I hate being bipolar, it’s awesome» (Я ненавижу быть биполярным, это потрясающе) становится манифестом, в котором Канье закладывает фундамент нового художественного образа: диагноз перестаёт быть стигмой и становится брендом, маркером аутентичности и гениальности. На основе болезненного состояния начинает строиться вся дальнейшая творческая работа артиста.

После «Ye» Канье переживает ярко выраженную маниакальную фазу, которая находит выход в религиозной экзальтации: он создаёт Sunday Service (воскресная служба) — гибрид литургии, модного показа и музыкального перформанса.

Канье провозглашает себя «служителем Бога», но при этом остаётся центром внимания. Его мания проявляется в стремлении создать универсальный культ, соединив религию, музыку и моду.

В 2021 году артист выпускает одноименный альбом «Donda» в честь его матери, Донды Уэст, умершей в 2007 году. Канье превращает пиар кампанию в глобальный медийный спектакль: он устраивает серии прослушиваний в Атланте, Чикаго, Нью-Йорке. При этом Уэст живёт на стадионе Mercedes-Benz Stadium в Атланте, документируя процесс записи. Каждое прослушивание превращается в церемонию, литургический маркетинг, где зритель вовлекается в эмоциональное участие через ритуал. Структура альбома отражает внутренние колебания между отчаянием и экстазом. Каждый трек звучит как фаза: то депрессивная исповедь, то маниакальная декларация.

Канье создаёт новую форму продвижения — психопатологический перформанс. Перенося студию на стадион и живя под камерами, творец символически обнажается. Постоянно откладывая релиз, создает эффект ожидания и фрустрации, что заставляет миллионы зрителей следить за каждой трансляцией, множить мемы и безостановочно обсуждать: публика становится соучастником психического процесса артиста.

Так, Канье закрепляет образ абсолютного гения, ведущего за собой толпу, чья лояльность позволяет артисту проявляться в полной свободе.

Именно с этого заявления в 2018 году началась кампания «White lives matter» (Жизни белых имеют значение). Заявление о рабстве как о «выборе» вскрыло одну из ключевых травм афроамериканской идентичности.

В 2022 году в рамках показа коллекции YZY SZN 9 (Ye / Yeezy Season 9) на парижской неделе моды Канье вышел на публику в футболке с надписью «White Lives Matter». Сам Канье прямо говорил, что движение Black Lives Matter (Жизни черных имеют значение) стало инструментом манипуляции и коммерциализации: «Black Lives Matter was a scam».

В этом смысле, его футболка это насмешка не над самими идеями равенства, а над тем, как протест превратился в бренд, а лозунг — в товар. Реакция показала: тема рабства в США до сих пор не закрыта, она по-прежнему чувствительна.

В том же 2022 году Канье продолжает привлекать внимание антсемитскими высказываниями: утверждения о «еврейском контроле» (например — намёки, что «евреи» стоят за его блокировкой в соцсетях), твит: «I’m going death con 3 on JEWISH PEOPLE» («Я перехожу в режим 'death con 3' против еврейских людей», пост удален, так как в совокупности с другими высказываниями привел к блокировке аккаунта), повторяющиеся утверждения о «контроле евреями медиа/банков», о «планах и заговоре», а также попытки «переформулировать» исторические преступления/события (включая трения вокруг Холокоста и других тем), а также посты с антисемитской риторикой и изображениями (включая свастику в сочетании с еврейскими символами).

Позднее, в феврале 2025 он опубликовал серию сообщений, в которых заявлял: «Я нацист» и «Теперь я люблю Гитлера, черт возьми», «Я могу говорить „еврей“ столько, сколько хочу, я могу говорить „Гитлер“ столько, сколько хочу… Гитлер был таким классным».

Гитлер, Холокост — самые табуированные темы западной культуры. Заявление о том, что ты «видишь хорошие вещи в Гитлере» — это вызов, попытка взглянуть на запрещенные вещи иначе. Подобные высказывания почти гарантированно вызывают отклик, обсуждение и споры. Бесплатно, быстро и с огромным охватом.

Канье часто говорит о том, что он чувствует себя неправильно понятым, что на него возлагают определённые ожидания. Часть его заявлений — это способ вернуть контроль над тем, как его воспринимают.

Футболки White Lives Matter, твиты с упоминанием Гитлера, публичные заявления о нацизме — это использование визуальных и словесных символов, которые шокируют и привлекают внимание, а апология Гитлера и утверждение «Гитлер был таким классным», — попытка пересобрать историческую память. Канье делает это через медийный перформанс, а не через организационное политическое движение, но эффекты его слов схожи с механизмами пропаганды: привлечение внимания, нормализация радикальных идей, радикализация аудитории.

Культура отмены, разрывы контрактов и массовая реакция людей на поведение и высказывания Уэста является подтверждением, что механизм психологии внимания действительно работает на уровне общественного культурного кода: достаточно упомянуть триггерную точку, как общество мгновенно приписывает контекстуальные смыслы, связанные с травмой, отложившейся в массовом сознании.

Безусловно, привлечь внимание аудитории с внедрением триггерных тем можно и более мягким путем. В отличие от Канье Уэста, тикток блогер и певица Несса Барретт использует «новую искренность» для построения чуткой и эмпатичной связи с аудиторией.

Несса открыто рассказывает о внутренних переживаниях, обращаясь в творчестве и публичных высказываниях к темам психического здоровья, телесного восприятия и борьбы. С раннего возраста она страдала от тревожности, после чего была диагностирована с пограничным расстройством личности (ПРЛ), подразумевающим эмоциональную нестабильность, трудности с самовосприятием, вечный страх быть брошенным и другие диссоциативные симптомы, усложняющие процессы построения взаимоотношений с собой и миром.

Помимо этого, месса столкнулась с расстройством пищевого поведения (РПП), при котором у человека развивается нездоровое отношение к еде и восприятию своего тела.

В клипе на трек «dying on the inside» (умираю изнутри) Несса использует визуально распознаваемые признаки симптомов расстройства пищевого поведения: сбивающиеся стрелки весов, имитирующие нестабильность восприятия своего веса, рысканье по кухонным шкафам в поисках запасов съестного, объемная одежда, скрывающая силуэт, сжигание глянцевого журнала, символизирующее одержимость стандартами красоты.