«Мысль по определению слабо соприкасается или вообще не соприкасается с отверженными мирами.» [2]
Рубрикация
Концепц ия
[1] Зн акомое — незна комое 1.1 Те ло 1..22 Повед ение
[2 ]. Uncanny как афф ект
[ [ [3 ] Вл ечение к на рушению
За клю чение
Библи ограф ия. Источн ики изоб ражений.
К онце пция
Для меня совсем недавно с особой силой открылся визуальный мир Gorillaz. Он полностью захватил моё внимание и восприятие: прежде всего именно визуально — образы, персонаж, их движения и поведение.
Я начала задаваться вопросом, почему мне так сложно оторваться от наблюдения за ними.
Сначала я связывала это с их внешней формой, выразительностью жестов, особенностями поведения и характеров. Действительно, все эти элементы оказываются вовлекающими. Однако постепенно стало очевидно, что этого объяснения недостаточно. Было что-то еще. В восприятии присутствует нечто дополнительное — невыразимое, немое. Это ощущение можно предварительно определить как странное и жуткое, одновременно притягательное и тревожное.
Первоначально я сформулировала это как несоответствие между переживаемой ситуацией и реакцией персонажей: они оказываются в относительно понятных, «нормальных» ситуациях, но их поведение нарушает ожидаемую логику реакции. Возникает сдвиг восприятия.
Например, я ниже ещё подробнее остановлюсь на этом эпизоде, в клипе Saturnz Barz группа оказывается в доме, который выглядит заброшенным и непригодным для проживания, однако персонажи ведут себя так, будто это обычное и даже комфортное пространство. В одной из сцен персонаж Мёрдока Никкалса с легкостью реагирует на грязную ванную комнату, воспринимая её как естественное место действия. Он видит ванну с грязной водой и искренне и дружелюбно кричит: «Эй, ребята, приму-ка я ванну». Подобные несоответствия формировали во мне устойчивое ощущение смещения между ситуацией и реакцией на неё. И мне становилось странно, не по себе.
Далее это наблюдение стало расширяться: внимание сместилось не только на поведение, но и на визуальные образы в целом — форму тел, мимику, жесты, детали движения. В процессе анализа стало всё более очевидным, что все эти элементы объединяет общее свойство: они одновременно знакомые и незнакомые, нормальные и искажённые. Таким образом сформировался фокус исследования — анализ визуального языка Gorillaz через призму «uncanny» или «жуткого».
[1] Д. Хьюлетт, 2D, Деймон Албарн, 2000
«I am in that position where I finish something… and sometimes you have a shock when you see it printed.» Джейми Хьюлетт [7]
В работе рассматривается исключительно визуальный материал: персонажи, тела, жесты, движения, представленные в музыкальных клипах раннего и позднего периодов. Анализ носит субъективный характер, направлен на фиксацию визуальных сдвигов и как следствие появление «uncanny»-аффекта. Теоретические источники используются как инструмент интерпретации и сопровождения наблюдения, а не как жёсткая схема объяснения.
Ключевой вопрос: Как uncanny-аффект проявляется в визуальном языке Gorillaz через искажения, сдвиги и нарушения «нормального» поведения и формы?
Гипотеза исследования: Uncanny-аффект в визуальном языке Gorillaz проявляется не только как нарушение распознавания, но и как двойственное состояние восприятия, в котором дискомфорт от несовпадения сопровождается притяжением к искажённой форме.
[1] Д. Хьюлетт, 2Д, Мёрдок Никкалс, 2000-2001
[1 Знакомое — незнакомое
«Жуткое (uncanny) — это та разновидность пугающего, которое восходит к давно известному, знакомому.» [1]
Визуальный язык Gorillaz строится на постоянном колебании между узнаваемым и искажённым. Персонажи и ситуации сохраняют связь с привычной реальностью, однако отдельные элементы их формы, поведения и визуального устройства нарушают ожидаемую логику восприятия. Именно это расхождение становится одним из ключевых источников uncanny-аффекта.
В данной главе внимание сосредоточено на конкретных визуальных проявлениях этого сдвига. Анализ будет строиться вокруг элементов: тела и поведение. Такое разделение связано не с попыткой жёстко классифицировать визуальный материал, а с необходимостью проследить, каким образом «жуткое» проявляется.
Тело в клипах Gorillaz одновременно сохраняет человеческие черты и выходит за пределы «нормальной» телесности. Поведение персонажей строится на нарушении ожидаемых эмоциональных и социальных реакций, создавая ощущение несоответствия между ситуацией и откликом на неё.
Важно пристально и внимательно отнестись к самому процессу смотрения и рассматривания, поскольку именно наблюдение становится основным инструментом данной главы. Здесь я предпринимаю попытку вглядываться и замечать то, что можно определить как «uncanny».
На данном этапе анализа важно не прийти к окончательному выводу, а зафиксировать визуальные странности, которые не дают восприятию покоя.
[1] Д. Хьюлетт, Концепт-арт Gorillaz, 2002
1. .1 Тело
На первый взгляд тела персонажей Gorillaz напоминают и отсылают больше к человеку, немного необычные мультяшные человеческие тела...
[2] Gorillaz, Clint Eastwood, 2001
И чем дольше на них смотришь, тем труднее становится определить, что именно в них не так...просто странно. Отказываешься от осознания и отвлекаешься, но чувство уже где-то внутри.
«При толковании мы позволяем себе не принимать во внимание отклонение и выхватывать чистое содержание идеи…» [4]
Глаза
[5] Gorillaz, Feel Good Inc, 2005; [4] Gorillaz, 19-2000, 2001; [3] Gorillaz, Tomorrow Comes Today, 2001
Нужно начать с глаз. С их отсутствия. Для меня это был перый элемент, который создает тревожное ощущение, страшное. Черные и белые дыры.
Нарисованные персонажи, насколько бы они не казались безобидными и веселыми, становятся существами зловещими, сложными.
Этот элемент наводит на мысли о чём-то неживом, потустороннем. Мы видим знакомое нам место, где должны быть глаза, но там пустота. Это и есть первый элемент «uncanny».
Появляются жуткие вопросы и рассуждения: «Где глаза? А что вместо них? Они выпали? Укатились? Их кто-то забрал? А без них должно быть больно...Что видно?»
Пустые глазницы отсылают к куклам, к чему-то неживому. Это отсутствие приводит к мертвому миру. Ведь если какого-то органа не хватает, значит тело перестает функционировать правильно или вообще быть живым.
И здесь усиливается ощущение «жуткого». Я говорю не о страхе мертвых, но о том, что мертвое двигается, танцует, поёт, улыбается. Оно живёт, становится явным.
«Жуткое — это нечто, что должно было остаться скрытым, но обнаружилось.» [1]
Растянутые, гибкие, изменяющиеся тела
Второй элемент связан со способностью тела трансформироваться: изменять форму, растягиваться, становиться чрезмерно гибким и пластичным.
Подобная изменчивость создаёт ощущение нестабильности и зыбкости телесной формы. Тело перестаёт восприниматься как нечто устойчивое и надёжное. Оно словно утрачивает фиксированные границы и начинает существовать в состоянии постоянного превращения.
По замечанию Юлии Кристевой, отвращение связано с тем, что «не уважает границы, позиции и правила» [6]. Трансформирующееся тело становится источником жуткого.
Особенно тревожным становится то, что зритель продолжает узнавать эту форму как человеческую, однако в любой момент она способна исказиться, стать чем-то другим. Возникает ощущение обмана восприятия, словно тело скрывает в себе возможность внезапного превращения. Именно эта невозможность окончательно доверять форме приносить жуткое чувство.
