Визуальные приемы отображения культурного кода Бурятии в фильмах оттепели

После Октябрьской революциии власть советов желала показать своё позитивное влияние на жизнь регионов: началась видеодокументация отдаленных от Москвы регионов. Бурятия (на то время Бурят-Монголия) не стала исключением. Как одна из национальных республик она стала частью показа установления социалистической идеологии, а именно реформации данного региона. При этом в Бурятии так и не появилось собственной киностудии, поэтому кинофиксация данного народа была создана западными представителями киноиндустрии, соотвественно истинно «восточного» взгляда на бурят нет.

Если в 20-30-е годы документация данного народа ещё отображала культурные ценности и традиции (например, в фильме «Потомок Чингисхана» 1929-го года можно посмотреть на буддийский традиционный праздник "Дончод хурал" (праздник посвященный нисхождению Будды грядущего), то с приходом Сталина к власти и установления социалистического реализма речь об «идентичности» перестала звучать. Бурят должен был стать идеальным советским гражданином, носить европейскую одежду, состоять в колхозе и существовать на благо будущего Союзов.

Соответсвенно и показ всего, что связано с религией, было стерто. В основном снимали спортивные мероприятия и рабочий труд (опять же, в целях пропаганды).

Это сформировало новую, смешанную с западной культурой, бурятскую идентичность. И эта новая идентичность стала проглядываться в фильмах периода Оттепели.

После малокартинья на киноэкранах появились фильмы, рефлексирующие над многонациональностью советского союза. Произошла некая реабилитация. В бурятском кинематографе эта реабилитация показывала скорее ту новую идентичность, а именно уже смешанные восточные и западные традиции. Причём показывала либо начало её формирования, либо романтизированную версию реальности.

Данное исследование анализирует визуал и проблематику советских фильмов 20-30х годов, снятых на территории Бурятии, как яркий пример показа республики, которая ещё не была подвергнута идеям социалистического реализма. Кадры из таких фильмов как "По Бурят-Монголии" (1929 г., режиссёрка Лидия Степанова) и "Потомок Чингисхана (1928 г., режиссер Всеволод Пудовкин) сопоставляются с кадрами из фильмов периода Оттепели, а именно: "Песня табунщика" (1956 г., режиссер Андрей Фролов), "Пора таежного подснежника" (1958 г. режиссер Ярополк Лапшин), "Золотой дом" (1959 г., режиссер Владимир Басов).

Цель данного исследования проследить как после жесткой политики относительно региональной идентичности Бурятию показывали в фильмах периода Оттепели. А именно то, за счёт каких визуальных приемов показывали региональную идентичность бурят.

Показ кочевого образа жизни 1.1. Среда 1.1.2 Природа 1.2. Внешний вид жилищ 1.2.1. Внутреннее убранство 1.3. Трапеза 1.4. Коневодство и скотоводство

2. Внешний вид 2.1. Национальная одежда 2.2. Западная одежда

3. Религия 3.1. Дацаны 3.2. Священнослужители (Ламы) 3.3. Религиозные праздники 3.4. Молитва 3.5. Атрибуты

4. Изображение национальных праздников 4.1. Сурхарбан

В отображении жизни кочевников важную роль играет показ среды. Она влияет на множество факторов: на окружающую среду, вид жилищ, сельское хозяйство народа, их быт. В случае создания визуального контента показ среды является ещё и приемом контраста. Цельная картина Бурятии невозможна без показа её просторов и традиций. Одним словом – её свободы, которая не присуща жителям городов.

В данных фильмах момент трапезы представляет собой семейный, интимный оттенок: именно во время этих сцен происходят важные события.

Вместе с этим нам показывают не только общность (а именно сбор всей семьи, присущую приему пиши у бурят, но и их национальные блюда. В "Поре таежного подснежника" в основном подают к столу мясо и чай, а в "Золотом доме" показывают праздничную трапезу, где в числе блюд можно встретить буузы (традиционное бурятское монгольское блюда).

Образ чая с молоком становится символом объединения и теплоты.