Эволюция живого в архитектуре

1. Введение
2. Природа как символ
3. Природа как вдохновение и декор
4. Природа как фундаментальный принцип проектирования
5. Природа как конвенция между технологиями и природными основами мироздания
6. Заключение
7. Источники

Архитектура в первую очередь ассоциируется с различными сооружениями, которые несут в себе функцию надежности, следовательно, статичности. Так откуда же в них может возникнуть «живое»? Будь то капитель Карнакского храма, Эйфелева башня или парк на крыше высотного здания в мегаполисе — между ними есть общая связь и она заключается в симбиозе природы (её сохранении и изучении) и научно-технического прогресса. Идеи устойчивого развития и их реализация коснулись всех сфер жизни человека, они не обошли стороной также искусство архитектуры. Само понятие устойчивого развития означает стабильное социально-экономическое развитие, не разрушающее своей природной основы и обеспечивающее непрерывный прогресс общества [1]. В своём визуальном исследовании я хочу рассмотреть, как этот процесс повлиял на искусство архитектуры, в частности, на становление такого направления как бионическая архитектура.

В био-теке эти принципы отражаются в повторении природных форм, использовании экологических материалов и адаптации функций живых организмов для создания устойчивых и эффективных инженерных решений. Зачастую, архитекторы реализуют сразу несколько из них в своих работах.

Гипотеза моего визуального исследования заключается в том, что современный био-тек — это не новое направление в искусстве архитектуры, а закономерное следствие эволюции отношения человека к природе. Поэтому главный вопрос, которым я задаюсь в ходе анализа — как менялась концепция «живого» в архитектуре и какова её современная интерпретация?

В этом разделе рассматриваются архитектурные сооружения, которые могут быть истоками биотической архитектуры: колонны и капители египетских храмов, а также китайские пагоды. Это полярные по своей природе явления: и по культурной, и по структурной, и по временной составляющим. Этим они и интересны, так как в те далекие времена зародился строительный виток мысли в одну сторону — «живого» в архитектуре.

Флора долины Нила послужила основным декоративным мотивом для капителей и колонн храмов древнего Египта в целом. Популярными были цветок лотуса, папирус и пальмовые ветви. Для древних египтян эти растения несли в себе не просто декоративную функцию, а в первую очередь сакральное значение — символизировали жизнь и связь с природными циклами.

Гора — священное место обитания богов, а пирамида — символ восхождение к божественному, возможно в этом религиозном смысле и кроется их идентичность.

В Китае природа была неотъемлемой частью архитектуры благодаря концепции фэншуй — древнего китайского искусства и учения, которое занимается организацией пространства для достижения гармонии и баланса в жизни. Китайские пагоды органично вписывались в пейзаж, повторяя природные формы, например, Лес пагод Талинь в Шаолине «пророс» среди природного леса.

Далее я обращусь к  искусству Антонио Гауди, ведь он создавал свои сооружения в условиях технической революции конца XIX-го и начала XX-го веков. Этот период можно назвать переломным для будущего бионической архитектуры, так как общие тенденции стремились к типовым конструкциям, стандартизациям и «машинной эстетике». Благодаря архитектору же природные мотивы в строительстве не ослабели или исчезли вовсе, а были переосмыслены и интегрированы в архитектуру новой промышленной реальности.

Лесной мотив ярко прослеживается в своде Саргады-Фамилии: вертикальные колонны отсылают нас к стволам деревьев, а разветвления к верху, поддерживающие конструкцию — имитация ветвей.

Чешуйчатая текстура из керамической плитки и стекла, покрывающая крышу, не просто так напоминает кожу рептилии. Она изображает побежденного Святым Георгием дракона.

Архитектура Антонио Гауди выступает неким протестом против стандартизации, которая преобладала в архитектуре в эпоху индустриализации. Её плавные природные изгибы, которые служат «визитной карточкой» архитектора, противостоят прямоугольным типизированным формам зданий того времени. Творения Гауди демонстрируют: гармония достигается не унификацией и практичностью, а неповторимостью: как и в натуральное среде, каждый изгиб уникален, это и делает его архитектурные сооружения воплощением «живого». Таким образом, архитектор вдохновлялся природой и использовал её мотивы в качестве декора.

Следующий виток в сторону становления био-тека, как самостоятельного архитектурного течения, сделал Фрэнк Ллойд Райт. Для достижения «живого» в своих проектах он обращался с природой уже не как с инструментом для декорирования, а как с незыблемой окружающей средой и основой для архитектурной мысли.