РУБРИКАТОР
- Концепция
- Понимание прекрасного в Древней Греции
- Ордер как воплощение идеального тела
- Красота в очеловечивании здания
- Заключение
- Библиография и источники изображений
КОНЦЕПЦИЯ
Как и в других сферах искусства, в архитектуре греки придерживались определённого порядка и правил, стремясь к воплощению красоты через точные меры прекрасного. Так, среди главных черт, характерных для всего зодчества Древней Греции, можно выделить минимум две — тектонику (визуальное отражение внутренней или функциональной конструкции здания) и антропоморфизм (подобие задания человеку)[1].
Оба свойства связаны и влияют на восприятие подобных зданий, которые после легко запоминаются и узнаются. Основополагающую роль в этом играет антропоморфная природа древнегреческих храмов. Её воплощение и суть представляют особый интерес для анализа.
Архитектурные произведения Древней Греции заложили основы для европейского зодчества и до сих пор восхищают людей своими гармоничными и совершенными формами.
Изучение строения храмов под новым углом подробнее раскроет связь между канонами человеческого тела и архитектурными моделями, а её осмысление приведёт к более глубокому пониманию культуры прошлого.
Структурирование основной части этого исследования проходит в три этапа:
- определение понятия красоты в Древней Греции и способы её воплощения в искусстве;
- рассмотрение системы ордеров как главного ключа к понимаю «анатомии» здания;
- анализ очеловеченного строения храма и отдельных архитектурных элементов как метафор человеческого тела.
Цель этой работы — анализ произведений древнегреческого зодчества через призму представлений об идеале человеческой красоты того времени и доказательство гипотезы о соразмерности такой архитектуры человеку.
Принцип отбора материала для визуального исследования основан на сравнительной репрезентативности и доказательности через сопоставление. Здесь актуален междисциплинарный подход, поскольку именно благодаря аналогии фрагментов древнегреческой скульптуры и архитектурных элементов выстраивается визуальный диалог между двумя сферами искусства и становится очевиднее их связь.
В работе преимущественно рассматриваются скульптуры классического и эллинистического периодов и храмы классического периода (V–IV вв. до н. э.), отдельные части зданий и три главные архитектурные ордера: дорический, ионический и коринфский.
Помимо научных статей и других материалов, главным текстовым источником для этой работы выступает трактат Марка Витрувия Поллиона «Десять книг об архитектуре», написанный в I веке до н. э. — цитаты из сочинения архитектора Древнего Рима послужат подтверждением правомерности проводимого визуального анализа и удачными комментариями к сопоставительным коллажам.
ПОНИМАНИЕ ПРЕКРАСНОГО В ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ
В сознании греков внутренняя красота обязательно проявлялась снаружи[2]. Поэтому скульптуры безупречных героев, богов и воинов утверждали необходимые качества, присущие образу идеального человека их времени. Так, в периоды ранней и высокой классики создавалось много статуй храбрых и физически подготовленных солдат, которые всегда ценились из-за частых войн в истории Древней Греции.
Эти черты можно проследить в «Дискоболе» Мирона. Скульптор запечатлел момент перед броском диска: в уравновешенной позе атлета прослеживается одновременно и динамика, и статика — он застыл со спокойным выражением лица, но его мускулы напряжены, в любой момент он совершит решительный бросок.
«Дискобол» Ланчелотти (копия бронзовой статуи Мирона V века до н. э.), середина II века н. э. // «Купающаяся Афродита» Доидалсаса, 250-е до н. э.
Женские скульптуры, в отличие от мужских, совсем редко создавались обнажёнными[3] — в древнегреческом обществе от женщин требовалась сдержанность[4], и их изображали скромнее. По этой причине «Купающаяся Афродита» Дойдалса уже только в эллинистический период запечатлена в неожиданный момент, когда нагота оправдана необходимостью, а не демонстрацией рельефов тела.
Такой принцип созависимости внутренней и внешней красоты в скульптурах напрямую соотносится с тектоническим свойством древнегреческой архитектуры.
Подобно тому, как можно считать отвагу, напряжение атлета и кротость, сдержанность Афродиты в скульптуре по их внешним признакам, внутреннее устройство здания раскрывается его наружностью.
Лишь взглянув на оболочку древнегреческого храма классического периода, можно получить почти полное представление о его строении благодаря системе ордеров и существующим на тот момент планам, при которых есть возможность любой созданный храм отнести к одному из известных типов.
Например, триглифы с изображёнными на них каннелюрами могут показаться только орнаментом, но на самом деле они являются торцами перпендикулярных балок, соединяющих колоннаду со стеной, параллельно идущей позади неё. Похожим образом в греческих статуях чётко обозначается линия, отделяющая корпус от бёдер, проработаны суставы и мускулатура вокруг коленей — мастеру важно было обозначить части, из которых состоит человеческое тело[1].
фрагмент «Пана» Поликлета, V в. до н. э. // триглифы храма «Парфенон» в Афинах, архитекторы Иктин, Калликрат и Фидий, V в. до н. э.
Разновидности древнегреческих храмов по планировочным решениям
Очевидная аналогия тектоники с упомянутым законом о человеческой натуре позволяет сделать вывод о том, что греки видели красоту в закономерностях, гармонии и порядке, проявляющихся в соответствии внутренности чего-либо наружности.
Ещё одной мерой прекрасного в зодческих творениях выступают строгие пропорции.
В теоретическом трактате древнегреческого скульптора Поликлета «Канон» зафиксированы идеальные пропорции статуи. По этому правилу он же создал «Дорифора», являющегося эталоном красоты, соотношение частей тела которого рассчитано математически (голова составляет 1/7 от общего роста, ступня — 1/6, кисть руки — 1/10, и так далее), поэтому произведение выглядит наиболее гармонично.
В основе математического построения скульптуры также лежит число φ (Φ, фи), то есть золотое сечение — геометрическое отношение частей и целого, равное примерно 1.618[5].
Сравнение каноничных дорических пропорций храма «Парфенон» и пропорций статуи «Дорифор», иногда называемой «Каноном», при этом здесь φ = 1/Φ
Аналогичному правилу подчиняется устройство храма «Парфенон»[5], где также применяется золотое сечение, или же божественная пропорция.
Так её называют из-за универсальности и широкой распространённости: множество объектов и явлений природы, искусства и науки подчиняются этому соотношению, поэтому появляется ощущение, что всё в мире подчиняется ему[6].
Развивая тему бога дальше, можно проследить интересную взаимосвязь:
- древнегреческие храмы считались пристанищем богов, их вместилищем;
- согласно мифам человек — творение бога;
- храм не просто создан человеком, а имеет аналогичное строение, схожую «анатомию».
Так как сами пропорции человека допустимо назвать «божественными», то здесь также уместен тезис древнегреческого философа Протагора: «Человек есть мера всех вещей»[7].
Как и идеальное человеческое тело, красивая архитектура должна была быть совершенной и подчинённой определённому порядку, и такую «меру» в лице человека греки применяли к антропоцентричному миру, который строили.
«Ибо дело в том, что никакой храм без соразмерности и пропорции не может иметь правильной композиции, если в нем не будет такого же точного членения, как у хорошо сложенного человека»[8].
8 Витрувий. «Десять книг об архитектуре». Книга III. Глава I. «О соразмерности в храмах и в человеческом теле», 1.
ОРДЕР КАК ВОПЛОЩЕНИЕ ИДЕАЛЬНОГО ТЕЛА
Особо важной, ключевой составляющей антропоморфического нарратива зодчества Древней Греции является система ордеров, каждый из которых — это разный идеал тела со своей анатомией, пластикой и характером.
I. Дорический ордер
Древнеримский архитектор Витрувий писал, что колонны в храме Аполлону Панионийскому были построены так, «чтобы они были и пригодны для поддержания тяжести и обладали правильным и красивым обличием», поэтому греки «измерили след мужской ступни по отношению к человеческому росту и, найдя, что ступня составляет шестую его долю, применили это соотношение к колонне и, сообразно с толщиной основания ее ствола, вывели ее в высоту в шесть раз больше, включая сюда и капитель».
Благодаря этому «дорийская колонна стала воспроизводить в зданиях пропорции, крепость и красоту мужского тела»[8].
Убедимся в правдивости представленного тезиса, сопоставив элементы дорического ордера с анатомией тренированного мужского тела.
8 Книга IV. Глава I. «Происхождение трех ордеров и пропорции коринфской капители», 6.
