Визуальный язык фарфора: от парижского к юсуповскому

Формирование собственных видений, искусствоведческого опыта и особого восприятия мира, характерного, в частности, для Юсуповского княжеского рода, может проявляться в самобытном подходе к украшению посудных фарфоровых изделий. И задача такого исследования заключается в поиске понимания того, в чем именно может существовать принципиальное различие Юсуповских способов визуализации окружающего мира и его эстетического отображения в фарфоре от других европейских способов, а в нашем случае парижских.

С одной стороны, объекты исследования взяты из выставки парижского фарфора первой половины 19 века, проходившей в усадьбе «Кусково», а с другой стороны, из выставки коллекции Юсуповского фарфора в усадьбе «Архангельское». Исследование будет строиться на анализе объектов, фото которых были сделаны исключительно на двух данных выставочных мероприятиях. Это обусловлено принципом визуального сопоставления более узких и частных примеров объектов культуры, наиболее подходящих для конкретного понимания темы.

Если в создании данных объектов культуры прослеживаются идеи восприятия окружающего мира и затем на основе этого передачи соответствующего визуального кода, который может намекнуть на то, что объекты коллекции Юсуповых и Парижа схожи, то между ними и есть культурный обмен. Но вопрос состоит в следующем: если был значительный культурный обмен, благодаря которому князья сумели создать собственную обширную коллекцию фарфора (именно ту, которую они воспроизводили сами) с разного рода росписями, то есть ли в их изображении, как мы раньше предположили, та индивидуальность, которая присуща исключительно этому конкретному роду и которая носит принципиальное отличие. Именно на этом строится гипотеза: через анализ разнообразных визуальных составляющих от воспроизведения картин и отражения быта до орнаментов, декоративных деталей и иных стилистических форм на посуде Юсуповых, понять существует ли уникальный «родовой» метод в их художественной интерпретации.

При рассмотрении росписи с сюжетом на Юсуповском фарфоре видно, что фигуры людей сами по себе изображены с немного меньшим объёмом и вызывают некие ассоциации с иконографическими жанрами, однако при этом они не статичны. На парижской посуде фигуры имеют более объемные формы из-за игры со светотенью и контурами тел. Это явно напоминает об академическом каноне изображении человека у французов через позы, жесты, пропорции. У Юсуповых здесь же видна по сравнению с этим практика более свободного отношения к канонам. Визуально это подкрепляется лишь склонностью к портретному сходству и более естественной постановке фигур.

На примере изображения мифологического сюжета можно выделить четкую особенность у мастеров Юсуповых. Все изображение представляет собой целостную картину. Визуально образы персонажей вписаны в пейзаж и являются его неотъемлемой частью. Условно говоря, если зритель мысленно уберет человеческие символы, то картина может оказаться негармоничной. У французов есть противоположная особенность. Фигуры являются частью композиции, но в отличие от Юсуповского примера их мысленно можно убрать. Тогда перед зрителем предстанет полноценный жанр пейзажа, к которому интуитивно можно не добавлять людей. Такая особенность у Юсуповых может визуально говорить о важности подчеркнуть всех героев композиции, не допуская их исчезновения из картины. При этом каждый из героев и есть сама композиция, так же, как и деревья, трава, кусты и т д. Таким образом здесь все наглядно едино.

Здесь можно увидеть, что Юсуповская мастерская работает с несколько другим принципом в пропорции человека и все тем же изображением поз, нежели французская. У Юсуповых тела более подвижные, что можно объяснить стремлением показать жизненные и «живые» мотивы со всеми нюансами, недостатками человека, его физиологических особенностей. У французов снова виден принцип отсылки к академизму и сам сюжет с изображением нескольких людей подвластен гармонии и намеренному отображению размеренности жизни. Это можно объяснить стремлением Юсуповских мастеров к достоверности в искусстве. То есть, важно отметить, что таким образом здесь проскальзывает идея восприятия фарфора, как способа запечатлеть реальность, даже на основе того же самого копирования образцов с живописных оригиналов.

Стоит рассмотреть и тематику военного жанра. На примере тарелки Юсуповской мастерской можно заметить, как само изображение сцены нарисовано с более графическим подходом и с точки зрения композиции оно, возможно, менее красочное. Однако, в противовес этому видна более тщательная проработка деталей военного снаряжения и штандартов. Опять видно намерение изобразить событие с большей действительностью, а не эстетизацией военного жанра.

Также, прослеживается идея о первоначальном восприятии. У Юсуповских тарелок непосредственно само изображение главной сцены отделено белым фоном, то есть получается так, что эта единственная сцена и есть главная и поэтому мы визуально воспринимаем её, как важную часть детализации. У французских тарелок композиция более обширная и сами фигуры солдат, военных командующих вписаны в эту композицию так, что сначала нами замечается арка, дома, объем сооружений и только затем меньшие фигуры людей. То есть у Юсуповых заметен способ выделить основное в изображении с помощью наглядного акцента на то, что художественно хочется воспринять, как главный посыл.

Заслуживает внимания то, как мастера Юсуповых и Франции запечатлевают жанр пейзажа. Рассмотрим в данном случае примерно похожие по визуализации сюжеты. На тарелке Юсуповских мастеров стилистика изображения реки, моста, самого здания, некоторых деревьев как будто немного схематична и графична. Создается впечатление, что условно раскрасили акварелью гравюру. У французов же виден все тот же подход, напоминающий академизм. Визуально все отображено более привычно нам с точки зрения пропорций и перспективы: дорожка постепенно уменьшается, люди тоже и сам дворец отдален благодаря более светлым тонам.

На примере данной тарелки Юсуповых и того, как здесь воспроизведен пейзаж можно вспомнить принцип панорамы: когда мы хотим запечатлеть все и сразу с несколько сторон, но при «развертывании» это выглядит немного непропорционально, зато визуально мы однозначно получили, что хотели. И при этом, возвращаясь к примеру Юсуповых, эстетически это выглядит не менее гармонично благодаря пределу между более контрастными и светлыми цветами.